?

Log in

No account? Create an account
ДИАЛОГ АВТОРА И ЗРИТЕЛЯ – ФИЛЬМ «Fear&PontOff» - Антон Агеев – каллиграф, художник

> Свежие записи
> Архив
> Друзья
> Личная информация
> Мой сайт

Июль 20, 2018


Previous Entry Поделиться Next Entry
02:54 pm - ДИАЛОГ АВТОРА И ЗРИТЕЛЯ – ФИЛЬМ «Fear&PontOff»

Диалог автора и зрителя – Антон Агеев и Татьяна Селянинова.
Закадровое обсуждение впечатлений от фильма и ряда социо-культурных вопросов, затронутых в фильме «Fear&PontOff – Без страха и понта».


Fear&PontOff, trailer / Без страха и понта, трейлер
Fear&PontOff, trailer 2 / Без страха и понта, трейлер 2

Кадр из фильма Fear&PontOff – Без страха и понта

Фильм «Fear&PontOff – Без страха и понта». 1 серия
Фильм «Fear&PontOff – Без страха и понта». 2 серия

Антон Агеев с иконой Собор Восьми Белозерских чудотворцев

Фильм Антона Агеева посвящён творческой и историко-исследовательской поездке по монастырям и святым местам Вологодской области с иконой «Собор Восьми Белозерских чудотворцев». Экспедиция была предпринята летом 2014 года и включала в себя посещение как широко известных памятников и музеев, так и забытых храмов и монастырей.

Антон Агеев: В дорогу позвала уникальная икона, на которой изображены восемь Белозёрских чудотворцев – основателей различных монастырей и обителей на Вологодской земле, в окрестностях Кирилло-Белозерского монастыря. Особенность иконы – не только изображения старцев, но и рисунки архитектурных ансамблей монастырей. Отыскать некоторые обители и пустыни оказалось непростой задачей – дороги к памятникам истории и архитектуры заросли, отдельные приметы мест потеряли свое значение. Два монастыря являются музеями-заповедниками, некоторые из обителей выполняют утилитарно-светские функции тюрем и диспансеров психо-неврологического профиля, часть руинированы и продолжают разрушаться. Фильм позволяет увидеть забытые святые места. В фильме также представлены рассказы, выступления, диалоги ряда историков и искусствоведов, посвященные иконописи, иконографии, истории древней русской живописи, проблемам сохранения памятников истории и культуры в современных социально-общественных реалиях.

Татьяна Селянинова: Антон, спасибо за фильм, было интересно погрузиться в мир, вроде бы и недалеко от суетной столицы расположенный, но бесконечно далёкий и будто живущий в другом времени. И сразу скажу, что в своих впечатлениях мне практически не на что опереться – документалку длиной в час я не смотрела с детских лет, а то, что смотрела – это касатки в океане или сурикаты в степи. Поэтому в значительной степени мои критические заметки – это и придирки дилетанта, и изложение впечатлений обитателя другой планеты – в культурном и образовательном плане.
Я зритель, хотя и заинтересованный, но не подготовленный по части видеотехнологий. Мне нечего сказать по части собственно операторской работы и монтажа. Живая съёмка в полевых условиях сказывается на комфорте зрителя, но в то же время она создаёт эффект присутствия, съёмки проходили в заброшенных местах, и кое-где приходилось балансировать на проваливающихся досках, чтобы попасть внутрь руинированного храма. Очевидно, что это сложно и подчас небезопасно.

Кадр из фильма Fear&PontOff – Без страха и понта

А.А.: Татьяна Селянинова, касатки в океане – очень красивая ассоциация. Они сами по себе, мы – сами по себе. Что остается – впечатление обитателя иной планеты.

Я твой Арбат весь знаю
вдоль и поперёк.
Ты будь там, я найду.

Т.С.: В целом я не могу однозначно сказать – понравилось ли мне твое творение или нет. С одной стороны, я разочарована, но я и настраивалась на другое кино. Мне представлялось нечто или более динамичное и фантазийное, или более энциклопедичное и информативно-наполненное. Ты же попытался, как я понимаю, сделать некое погружение в эмоции, но без явных искривлений реальности и без накачки информацией.
С другой стороны, я всё же впечатлена. В первой части есть очень красивые и проникновенные моменты, которые определённо удача и такая внесюжетная, безусловная. Опять же, я пока посмотрела только одну часть, возможно, вторую будет смотреть проще и увлекательнее – я теперь знаю, чего ждать.

Съёмки фильма Fear&PontOff – Без страха и понта

А.А.: Полевые исследования исключают фантазийность. Тем и ценны. Вообще высокая динамика перемещений крайне важна в исследовании – ветер перемен напрочь сдувает шелуху привычного образа жизни, заостряет восприятие, заставляет взглянуть на себя и окружающее под очень непривычным углом зрения.

Сумерки, зима, метель
обнимает часового
Лили Марлен, фонарь качается…

Т.С.: Теперь перейдём к рассмотрению частностей. Мне не понравилось название на английском. Чередование больших и маленьких букв, амперсант в середине – совершенно нечитабельно. И – что главнее – непонятно же совсем. Fear&PontOff – фонетически приводится к Ферапонтово. Но английские буквы дезориентируют – создаётся впечатление, что это о чём-то иноземном. А название очень важно. Напиши ты просто Ферапонтово – зрителей было бы на порядок больше.
Далее. Слово «понт» для меня лично ассоциируется с некими негативными явлениями. А чисто визуально во фразе «без страха и понта», оно оказывается уже после «страха» и союза «и», то есть отрицание «без» вроде как размывается, теряется. Первый взгляд, импринтинг – и мгновенное отторжение – кино-то о понтах. Именно так я восприняла бы его, увидев в интернете без предварительного объяснения. И даже зная, что это вот оно, то самое кино, у меня осталось некое внутреннее отторжение громоздкого и неудобного названия, которое не воспринимается визуально. Перемудрил ты с этим.

Кадр из фильма Fear&PontOff – Без страха и понта

А.А.:
Воспоминания кружатся,
с чего начать – ума не приложу,
начну с замужества.

По поводу названия – оно точное отражение сегодняшнего дня. Буквально – сегодняшнее. «Всё в интернете», – как сказал Илья Боровиков в начале фильма. Все названия сайтов и файлов на латинице. Ферапонтово точка ру – название сайта на латинице, рассказывающего об этом памятнике архитектуры. Вы ищете информацию в интернете, смотрите фильмы, интернет-сервера понимают все названия в обязательном порядке на латинице. Эта лингвистическая игра уже вошла в нашу жизнь.
Английские слова с амперсандом в середине возникли как лирическая производная от названия. Чтобы не спутали с названием сайта Ферапонтово точка ру. Производная лингвистического звукоряда. И пришли к паронимам – словам близким по звучанию, но разным по значению, например «представился» вместо «преставился», но в рамках латиницы с английским отложением.
Этот латинизированный пароним очень глянулся Илье: «Без боязливости и лишней самоуверенности – очень верно», – прокомментировал он, – «в исторической перспективе этих примеров излишней самоуверенности – кладезь. Да что самоуверенности – дистиллированного понта».

В Кирилло-Белозерском монастыре хранится кресло патриарха Никона 1668 года, сосланного в Ферапонтово, где по его повелению на его деревянную мебель старец Иона нанес роспись под мрамор. Не мог Никон сидеть на простом дереве. На подлокотниках кресла выведено, что «заточен смиренный Никон патриарх за слово Божие и за Святую церковь в Ферапонтове монастыре в тюрьме».
Ещё, по легенде, ссыльный патриарх повелел насыпать дамбу к своему моленному островку на озере, чуть не доводя её до водной поверхности – так, чтобы казалось, будто патриарх шествует по водам. В чем-то понта Никону было не занимать.

Кресло патриарха Никона 1668 года

Т.С.: Антон, мне немного не хватало подсказок: когда что-то появляется в кадре, хочется знать, что же это. Участникам экспедиции объяснять, где это и что такое не нужно, но у меня периодически появлялось ощущение провисания, недоумения. Короткий титр, подпись внизу экрана не помешали бы. Ты озвучил кое-где пояснения, но местами это затянуто и тяжело воспринимается на слух, особенно все эти годы, даты – маленькое примечание проще и яснее ответило бы на все вопросы. Осталось ощущение дисбаланса – где-то сказано много, где-то мало.

А.А.: Татьяна Селянинова, титры рубят видеоряд. Внимание зрителя сильно отвлекается на чтение титров. А содержание конечно есть на странице видеоролика в интернете. Можно «перелистнуть» страницу интернет браузера и прочесть.

Т.С.: Но Антон, всё же, вот идёт рассмотрение ряда одинаковых икон. Возможно надо было их подписать, хотя бы в самом общем плане, что это Казанская. Я вникла из разговора в кадре, но всё же многие зрители могут это упустить.

А.А.: Это и отлично, Татьяна Селянинова! Ты вникла, только посмотрев на эти иконы Казанской Божьей Матери. Это просто отлично. То есть, ты просто смотрела на эти иконы. Просто смотрела. Любовалась красотой.

Кадр из фильма Fear&PontOff – Без страха и понта

Т.С.: Отмечу то, что понравилось. Фрагмент с пустой рамой для иконостаса. Очень гармоничный момент, соединение видеопланов, музыки, содержательной части – всё на уровне и всё цепляет. Храм как корабль – тоже хорошо.
А вот эпизод с появлением в кадре летящего самолёта оказывается весьма неожиданным . Куда он летит? Откуда? Его приземление что-то символизирует?

А.А.: Самолет – это визуальная метафора перехода, перелета из одного состояния в другое. Ты – как исследователь с иной планеты. Мы все где-то инопланетяне. Надо на чем-то летать – самолет, радуга, машина. Ты – инопланетный гость, летишь издалека. Пусть пока твоим звездолетом побудет самолет.

Т.С.: Видеоряд с живописными картинами и старыми плакатами сопровождается нарастающей музыкальной кульминацией, не совпадающей с содержанием. Получается почти истерика. Хотя при повторном просмотре мне показалось, что эстетика плакатов так хороша, что достойна пафоса, только чуть иного, более спокойного, что ли, и близкого по времени. Может, песня Клавдии Шульженко была бы ближе.

А.А.: Татьяна Селянинова, ты отмечаешь сильную эмоциональную выразительность музыки и картин. Этот видеоряд о художниках, которые выразили свой темперамент в картинах. Отдали зрителю всё. Но их картины стоят в нишах стены и к ним никто не подходит. Ты говоришь – истеричные ноты, я скажу – хлопок одной ладони. Одной ладони художника. В отсутствие ладони зрителя. Плюс эти ветряки, короткий рассказ о Юрии Ковале. Мне удалось передать его мироощущение или моё мироощущение его творчества. Эти фоновые реплики: «…не надо фильма».
Клавдия Шульженко была бы ближе инструментальной музыки, но не подбиралась песня.

Кадр из фильма Fear&PontOff – Без страха и понта

Т.С.: А девочка, держащая икону белозёрских старцев? Она мелькает и пропадает. Ты показываешь её достаточно долго, чтобы зафиксировать явление, но потом она стремительно исчезает. Что её появление означает? Или это какой-то ваш внутренний момент путешествия?

А.А.: Татьяна Селянинова, не девочка мелькнула – глаза посмотрели из пространства зрителя в глубину окна экрана.
Ты следишь за непрерывностью действия, но в какой-то момент тебе не хватает слов, а мне не хватает визуальных планов, и мы оба поднимаем глаза к небу.
С другой стороны быстрая смена декораций сама по себе держит восприятие зрителя в тонусе.

Т.С.: Рассказ о Василии Тёмном и Мартиниане. Интересно, захватывающе. Мне очень по душе. И это, конечно, субъективно. Я вскользь, но интересовалась эпохой Василия Тёмного и им самим. Увы, в эпизоде мешал сильный фоновый шум.

А.А.: Фоновый шум на рассказе про Мартиниана – кондиционер прямо в зале, который гудит и дает такое сильное эхо. Даже петличный микрофон не сильно спас бы положение.
Из самого рассказа зрителю может быть что-то близко.

Т.С.: Чуть отвлекусь. Не было ли у тебя желания представить этот фрагмент отдельным коротким фильмом. И не трейлером, а самостоятельным роликом. Если добавить портретов, пейзажных фонов, снабдить коротким примечанием – получился бы замечательный клип. В истории есть и драма, и нечто анекдотичное, и она хороша вот этим рассказом «по месту». Речь-то о великом князе и его вразумлении, и в этом есть некий актуальный исторический подтекст.

А.А.: По моему ощущению – фильм получился цельным и законченным. Ни сразу, но его посмотрят. Нет необходимости в выделении каких-то частей в самостоятельные клипы.

Эй, Казанова, как рыбалка?
Пан или пропал?
Всё, что поймал – всё отпустил.

Кадр из фильма Fear&PontOff – Без страха и понта

Т.С.: Антон, поговорим о сцене с фотографированием уточек. Для меня этот эпизод стал провалом в банальное, набившее оскомину хоум-видео. Сцена с Измайловского пруда, да и только. Не то. Категорически.
Пойми меня правильно, я не собственно момент критикую, и не съёмки уточки как таковые. Я и сама не только уточек, но и маленьких, няшных улиток люблю снимать. Только незачем это втыкать в фильм с иной интонацией. Из какого-то наметившегося субпространства, прорастания чувства сопричастности меня выбило напрочь. Пусть самолёты, пусть камера кружит, пусть недоговоренности и неровности, но получалось душевно, в каком-то неоднозначном, но своем стиле. И тут бац – уточки. Обрыв.
Может, это эмоционально для взгляда изнутри. Некое воспоминание об атмосфере, которой был пронизан момент. Но для меня, со стороны, уточки стали точкой раздела фильма на две разные части. Первая атмосферная, красивая, с определённым настроением, вторая – репортажная, более «увесистая» по части информации и неких социумных акцентов, однако менее эмоциональная.

А.А.: Мне очень импонирует твоя проницательность, Татьяна Селянинова. Как ты уже заметила – я не люблю искажать реальность. Ибо невозможно проследить конфликты, если эту реальность одним разом препарировать. Больной падает и замирает от болевого шока. Пусть он буйный, самонадеянный в своих проявлениях, но он, по крайней мере, живой.
Знаешь, уточки там, уточки здесь. Всё близко и далеко одновременно. Белозерск, Измайлово, речка Раменка у нас в Москве. Я спокоен за этот эпизод, и он не принципиален, важно перевести дыхание. Мне нужна была пауза.

Т.С.: Меня не могли не увлечь эпизоды, в которых представлены сундуки, расписные шкафы, прялки. И мне определённо не хватило времени всё это рассмотреть. Это, естественно, весьма субъективно, но кто-то иконы любит, а кто-то сундуки. Я люблю разные прикладные вещицы в руках держать, рассматривать, а на них обычно мало кто сосредотачивается. Часто считают, что икона – достойный внимания артефакт, а прялка – куда менее интересная хозяйственная вещь. Однако для меня хозяйственные вещицы милее, и я с удовольствием рассматривала представленные тобой росписи на прялках крупным планом.

А.А.: Татьяна Селянинова, безусловно, прялки фантастические, но некому на тот момент о них рассказать было. Плюс плохой свет в помещении. Если озаботиться этой прялочно-сундучной темой, то надо с собой взять дополнительный свет, энную сумму денег и делать сюжет. В Вологодском кремле есть отличный отдел в музее с декоративно-прикладным искусством, что-то и там можно снять.

Кадр из фильма Fear&PontOff – Без страха и понта

Т.С.: Мне показался оборванным, недосказанным финал. Вроде только-только началась какая-то иная сюжетная плоскость – тюрьма, мост, иной по настроению видеоряд, звук, и… и всё. Титр «конец». Возможно, это не так воспринимается, если смотреть серии подряд, но не разумнее ли планировать серии так, чтобы они естественно смотрелись по отдельности. А здесь получилось, будто машину на повороте занесло, и она вдруг встала, подвиснув колёсами.

А.А.: Очень интересный образ: машину занесло на повороте, она зависла над оврагом и пассажиры решили осторожно выбраться из неё, оставив спасать её водителю. Пусть де сам выбирается, как знает.
Мы подошли к входным воротам Исправительной Колонии № 5, которая расположена в бывшем Кирилло-Новоезерском монастыре с Ильёй Боровиковым, но нас сразу охрана развернула в обратном направлении. Про снимать видео без специального разрешения нечего было и говорить. Ворота кстати сильно изменились со времен фильма «Калина красная». Герой Василия Шукшина выходит прямо из бывших монастырских врат, сейчас они скрыты за новой двухэтажной коробкой.

Процесс монтажа эпизода в Кирилло-Новоезерском монастыре

Т.С.: Уже после всех просмотров я поняла, что мне не хватило времени для панорамного пейзажного любования, созерцания. Вроде бы за час было предостаточно лоскутков с пейзажами, но на Севере особенно чувствуешь масштаб, простор и удаление от мира. В какие-то моменты ты это схватил, но не везде получилось мощно.

А.А.: Знаешь, Татьяна Селянинова, мы с Ильёй этот момент обсуждали, что в кои веки обошлось практически без созерцательного любования – много ездили, да и всего не охватишь. Не играет роли, ездишь ли эдаким туристом или по работе, – всегда есть ограниченность во времени и средствах. Приезжаешь, цена гостиницы, как в Берлине. Комары и слепни жалуются на нехватку денег. Торгуют билетами на просмотр Провала. А он всё проваливается по трем своим измерениям.

Ветка хлестнула по лицу
в темноте не заметил,
что есть истина?

Кадр из фильма Fear&PontOff – Без страха и понта

Т.С.: Зашитый иконостас – непристойность вида картона с полосками скотча, незавершенность истории про кражу икон, тёмные закоулки и вечное, неизбежное, системное: «финансирование кончилось». Происходит постепенный жанровый сдвиг: общий сюжет разворачивается от грустного, но и светлого любования к более острым и социальным эпизодам, к общению, к более житейским планам. Так задумано?

А.А.: Я вроде и рассказываю историю, но меня вечно перебивают мои герои. А что бы я снял без своих героев? Я не могу дать четкий ответ. В поисках потерянного ковчега? В поисках скелета рамфоринха? Что я ищу, всматриваясь в социальную канву общества? Я исследую конфликты. Я и люблю своих героев и устаю от них. Они вечно своё откалывают. Мне и выдумывать ничего не надо. Они живут своей жизнью. Иногда лезут под поезд.

Открылась бездна
звезд полна,
смотрю как угли тлеют.

Т.С.: Верю. И отправляюсь на просмотр второй серии.

*

Персоналии:
• Антон Агеев – художник, оператор, автор документальных, художественных, анимационных фильмов.
• Илья Боровиков – писатель, историк, искусствовед.
• Татьяна Селянинова – литератор, внимательный зритель.

Москва. Октябрь 2014

*

Илья Боровиков об интервью: «Понравилось. Цветистость реплик с обеих сторон зашкаливает, и интересно. Татьяна с Антоном добирают словами то, что не проявлено картинками. Генерируют готовые субтитры, прям вырезай да клей в фильм, можно даже ещё добавить и ещё, только лучше будет. Да, касаемо критических оценок в дискуссии – это уже ценно, критика лучше равнодушия. Ведь посмотрела, вникла, ну пусть придирается по мелочи... А иначе – ничего не будет! Да здравствуют критики, пусть и разносные».

Июль 2018

*

На иконе «Собор Восьми Белозерских чудотворцев» изображены:
• Мартиниан Белозерский — игумен Троице-Сергиева монастыря в 1447 году, 2-й игумен Ферапонтова монастыря, до своей смерти в 1483 году.
• Ферапонт Белозерский — основатель – в 1397 году и 1-й игумен Белозерского Ферапонтова Богородице-Рождественского монастыря.
• Кирилл Белозерский — основатель Кирилло-Белозерского монастыря в 1397 году.
• Кирилл Новоезерский — основатель монастыря на острове Огненном, на Новом озере в 1517 году.
• Нил Сорский — основатель скитского жительства на Руси. На реке Соре, в 15 километрах от Кирилова монастыря, Нил основал скит около 1490 года, впоследствии – Нило-Сорская пустынь.
• Иродион Илоезерский — основатель на Ило-озере, в 20 километрах от Белозерска, на полуострове храма в честь Рождества Пресвятой Богородицы, положившего началу Илоезерской Азатской пустыни.
• Даниил Шужгорский — основатель около 1550 года, на Шуж-горе, в 50-ти км от Белозерска Даниила Шужгорского Спасо-Преображенского монастыря.
• Филипп Ирапский — основатель в 1517 году Филиппо-Ирапской Красноборской Троицкой пустыни при впадении ручья Малый Ирап в реку Андогу, в 20 км от поселка Кадуй.

*

Кадр из фильма Fear&PontOff – Без страха и понта

Участники проекта и фильма
• Антон Агеев – автор фильма, оператор и режиссёр,
• Илья Павлович Боровиков – искусствовед,
• Ирина Леонидовна Бусева-Давыдова – искусствовед,
• Александр Ильин – коллекционер,
• Евгений Вадимович Ройзман – искусствовед,
• Михаил Алексеевич Чернов – искусствовед,
• Андрей Болдырев – коллекционер,
• Герольд Иванович Вздорнов – академик, искусствовед,
• Надежда Александровна Плигина – хранитель,
• Александр Давидович Липницкий – коллекционер,
• Татьяна Михайловна Кольцова – искусствовед,
• иерей Александр Владимирович Стулов – священник,
• Виталий Валентинович Тонков – хранитель.

Архитектурные и исторические памятники Вологодской области,
представленные в фильме

• Село Ухтома, Вашкинский район. Храмовый комплекс из каменной Церкви Успения Пресвятой Богородицы (1780 г.) и деревянной Церкви Воздвижения Креста Господня (1797 г.). Деревянная Церковь Александра Невского (1885 г.)
• Село Ферапонтово, Кирилловский район. Белозерский Ферапонтов Богородице-Рождественский монастырь (историко-архитектурный и художественный музей-заповедник). Собор Рождества Богородицы. Настенная живопись Дионисия. Надвратные церкви: Богоявления с приделом во имя преподобного Ферапонта.
• Село Крохино. Церковь Рождества Христова (1788 г.) на берегу р.Шексны.
• Город Белозерск, Вологодская область. Кирилло-Белозерский монастырь (историко-архитектурный и художественный музей-заповедник). Спасо-Преображенский собор (1670 г.). Церковь Успения (1553 г. — первая каменная постройка в городе). Церковь Богоявления (1787 г.) с колокольней.
• Кирилло-Новоезерский монастырь — «Вологодский пятак». Казенное учреждение Исправительная колония №5 федеральной службы исполнения наказаний по вологодской области — одна из пяти исправительных колоний особого режима для пожизненных заключённых в России.
• Село Горицы. Горицкий Воскресенский монастырь — женский православный монастырь на берегу реки Шексны, в 7 км от Кирилло-Белозерского монастыря, основан в 1544 году.
• Спасо-Каменный монастырь на острове Каменном на берегу Кубенского озера. Руины взорванного каменного Спасо-Преображенского Собора (1481 г.).
• Село Архангельское. Михаило-Архангельская Богтюжская церковь (1770 г.) на берегу реки Бохтюги. В 1862 году храм был расписан академиком портретной живописи П.С. Тюриным, уроженцем села Архангельское.
• Деревня Сяма. Колокольня храма Рождества Пресвятой Богородицы (1770 г.), Сямского Богородице-рождественского монастыря. Деревня Сяма – место рождения Мартиниана Белозерского и русского бытописателя и журналиста Владимира Алексеевича Гиляровского.

*

(Оставить комментарий)


> Go to Top
LiveJournal.com